Эстонские приключения молодого Штирлица

В Таллине проходят съемки фильма о подвигах молодого Штирлица по двум романам Юлиана Семенова "Бриллианты для диктатуры пролетариата" и "Пароль не нужен". В 2009 году на телеэкранах появится 16-серийная картина, рабочее название которой "Исаев". Заглавную роль играет Даниил Страхов. Режиссер Сергей Урсуляк и его съемочная группа в данный момент в экспедиции в Таллине, где и побывала кинообозреватель "Известий" Вита Рамм.

Как заказать банкет в тюрьме

Съемки проходят во дворике морской крепости, построенной в 1840 году, где с 1920 по 2002 год была городская тюрьма, а сегодня располагается, можно сказать, культурно-развлекательный центр. Все помещения тюрьмы к 2011 году, когда Таллин станет культурной столицей Европы, займет огромная художественная выставка. А пока банкиры, например, в более просторных камерах проводят семинары, а те, что чуть меньше, годятся для выставок или для игр "один день в тюрьме". Как рассказал художественный руководитель проекта "Морская крепость" Андрус Виллем, почувствовать себя в шкуре заключенного, поесть простую еду, поносить, а затем и купить на память тюремную шапочку желающих достаточно. Приезжают из Скандинавии, Германии и даже из России. А иногда заглядывают и бывшие заключенные. Те не могут сдержать слез - не думали, что доживут до того времени, когда будут сюда приходить на экскурсию. Эстонцы здесь свадьбы празднуют или юбилеи в советском стиле отмечают. С концертом популярных песен того периода и чтобы обязательно были пионеры. Красный галстук ныне воспринимается как романтика. Для этого во дворе оборудована сцена, а сам дворик хоть и с виду небольшой, но может вместить около четырех тысяч зрителей.

Но до середины августа крепость абонировали российские кинематографисты. Периодически льет дождь, но сегодня повезло - съемки в помещении. Поднимаюсь на третий этаж. Маленькие окна почти не пропускают свет, двухэтажные металлические койки, во многих камерах художественные инсталляции - то с потолка свисают белые гирлянды, то просто на полу выложены свечи. В другую сторону от экспозиции камеры больше и светлее. В одной из них Сергей Урсуляк устроил кабинет следователя. В углу - эстонский флаг, канцелярский стол с зеленым сукном, на нем разные досье, папки и пресс-папье. Там же - в дальнем углу - устроено вроде полевой палатки, где возле монитора сидят режиссер Сергей Урсуляк, кинооператор Михаил Суслов, техник, регистрирующий каждую запись. Находится и стульчик для меня.

В роли следователя Шварцвассера снимается Тыну Карк. Про него в Эстонии говорят, что есть два вида фильмов: в которых снимался Тыну и в которых - нет. Сцены с его визави - писателем Никандровым уже отсняты. Таков уж напряженный график у нашего популярного актера Сергея Маковецкого, что хотя у актеров и есть общие сцены, на съемочной площадке они так и не встретились. В момент монтажа здесь будет колдовать режиссер.

На съемках все идет по тексту Юлиана Семенова: "Когда мы входили в состав империи, чай был куда как дешевле и лучше качеством. Сейчас, знаете ли, Альбион дерет с нас три шкуры за индийские сорта, а налогоплательщики бранят за это наше бедное правительство".

За Никандрова, то есть Маковецкого, закричал Сергей Урсуляк: "При чем тут чай?! Я спрашиваю: на каком основании я арестован?! У вас что тут - совдепия или правопорядок?! Это же возмутительно! Литератора российского швыряют без всякого повода в острог! Мировое общественное мнение удивится, узнав об этом!"

- Если вы будете продолжать истерику, я прикажу вас посадить в карцер, - по-прежнему улыбчиво сказал Шварцвассер.

- Ах ты, сволочь розовая! - заревел Никандров. - Большевистская собака! Мало вас в Москве - вы и здесь нас терзаете?!

Сняли эпизод очень быстро, но тут сам Тыну Карк заметил, что играл-то он в собственных современных очках. Я думала, что ассистент по реквизиту провалится сквозь землю от горя. Видя это, режиссер не стал ругаться, лишь вздохнул и скомандовал приготовиться на второй дубль. Карк и Урсуляк вновь с удовольствием отыграли эпизод. Пока перезаряжали кинокамеру и под руководством Михаила Суслова операторская команда меняла объектив для крупного плана, Сергей Урсуляк рассказывал, насколько он доволен игрой Тыну Карка: "Играет только то, что нужно, не плюсует, словно не снимался сто лет, профессионал!". А я, услышав, как выразительно за Маковецкого подавал Шварцвассеру реплики Никандрова режиссер, думала: можно лишь сожалеть, что Сергей Урсуляк больше не играет на сцене. В то же время тогда мы бы не увидели ни "Сочинения ко Дню Победы", ни "Ликвидацию".

Эпизод должен был закончиться тем, что Никандров в нервах бросал в следователя чернильницей. Но решили, что пресс-папье будет не менее выразительно, зато безопасно. Тыну Карк с сомнением взял в руки предмет. Оказался легким. Вот только дублер Маковецкого никак не мог попасть в лоб следователю. Пресс-папье то улетало поверх его головы, то попадало в плечо. А Тыну Карк терпеливо отыгрывал боль. Наконец-то послышалась команда: "Снято!".

Пока гримеры разводили кровь и рисовали рану на лбу Тыну, на площадке появился Тиль Уленшпигель - то есть Лембит Ульфсак. Перед тем как он войдет в образ начальника тайной полиции Эстонии, договариваюсь об интервью. Никаких капризов - лишь попросил чуточку подождать после окончания съемок, пока он переоденется. И оба эстонца, видя, что шведские тележурналисты, также приехавшие на съемки, никак не хотят отпустить Урсуляка, вполголоса стали проходить свой экранный диалог.

Смена кончилась под традиционные аплодисменты. Атмосфера на площадке меня удивила спокойствием и доброжелательностью по отношению друг к другу. Все ценят хорошую шутку. Чувствуется, что ассистенты, помощники стараются, чтобы прежде всего режиссеру и актерам было комфортно. Сергей Урсуляк работает с той же группой, что и во время съемок "Ликвидации".

Михаил Пореченков как объект туристической радости

На следующий день был запланирован выезд на смотровую площадку старого города. Для съемок в столь бойком месте потребовалось заранее получить все разрешения, в том числе чтобы перекрыть туристам доступ к видовой панораме.

Ночным поездом из Москвы приехал Михаил Пореченков. В облике белогвардейца графа Воронцова артист появился на площадке одним из первых. Одетый в ретробрюки и рубашку, тут же стал объектом туристической радости. Девушки выстраивались в очередь, чтобы сфотографироваться и взять автограф. А в руках у артиста листки с текстом его роли. Одно неловкое движение - сценарий падает на землю, но Пореченков под аплодисменты изловчается сесть точно на листы, не испачкав, к радости костюмера, светло-серые брюки.

Постепенно площадка заполняется массовкой. В праздной публике - дамы в шляпках с изящными зонтиками, мужчины в шляпах, двое озорных мальчишек. Параллельно развертывается традиционный полевой чай/кофе-бар, техническая группа собирает палатку с монитором для режиссера, операторская группа выставляет свет и камеру. И, только режиссер сосредоточился на репетиции с Михаилом Пореченковым и его партнером Виктором Ламбергом, играющим резидента германской разведки Отто Нолмана, как начался дождь. Первые 20 минут все легкомысленно надеялись, что вот-вот перестанет, но пришлось все-таки вытащить куртки и плащи. Все это время группа, массовка, артисты, спрятавшись в ближайших сувенирных магазинчиках, терпеливо ждали. И дождались часа через три. Солнца не было, но по сценарию и требовался слегка пасмурный день. Наконец-то звучит команда: "Тишина на площадке! Мотор!". И только что весело общавшийся с группой Михаил Пореченков становится злым и растерянным Воронцовым, который не может противостоять хитрому и опасному Нолману.

"Где нашли такого артиста, как Виктор Ламберг?" - интересуюсь у Урсуляка. И услышала рассказ, как в поисках интерьеров он заглянул в Музей Петра и прослушал экскурсию, которую вел Виктор. И уже было собрался уходить, но решил попросить телефон: мол, будем кино снимать, может быть, для вас что-то найдется. Оказалось, что Виктор Ламберг закончил в ГИТИСе актерский курс Андрея Гончарова, служил в Театре Маяковского. Потом жизнь повернулась так, что переехал в Таллин и поменял профессию. Но, как выяснилось, ненадолго.

Нескончаемый поток туристов охрана вежливо отправляла на соседнюю смотровую площадку. Сувенирный бизнес шел с трудом, тем не менее продавщица лавки с гордостью объясняла итальянским гостям: вот там, куда нельзя пройти, из России приехали снимать фильм о советском разведчике Штирлице. Это было последнее слово, которое я слышала, отправляясь на вокзал. Съемочной группе еще предстоят съемки в Москве и в Ярославле. Граф Воронцов будет брать Гохран.