"Я не был пьян, мне было не до праздников"

Рука судьбы. Трагедия Сони Куливец обернулась бедой для многих людей (фото)


Обозреватель "Известий" год назад в суде поговорил с доктором Пелипенко и понял, что он сам никогда себя не простит. Владимир Пелипенко выглядел абсолютно убитым. В его глазах зияли пустота и какое-то грустное удивление. Наверное, если человека, который падает вниз головой с высотного здания, вдруг остановить в воздухе и посмотреть ему в глаза, то в них можно увидеть то же самое.

- Я сам до сих пор не могу понять, что произошло в ту новогоднюю ночь, - сказал он мне во время перерыва. - Мне сейчас, конечно, никто не поверит, но я не был пьян, мне было не до праздников, я несколько раз выезжал по вызовам. Можно спросить у пациентов, которые меня видели, - они подтвердят.

- Как же могла произойти такая чудовищная оплошность?

- Люди без медицинского образования считают, что человеческий организм полностью изучен, что это такой механизм, в котором все подчиняется определенным законам. На самом деле это не так. Человек - невероятно сложная биологическая система, в которой очень много тайн и темных пятен. Очень часто организм "бунтует" и реагирует на, казалось бы, стандартные действия совершенно непредсказуемым образом. Я не пытаюсь сейчас себя оправдать, я просто объясняю факт.

Когда Владимир Пелипенко произносил эти слова, казалось, что он говорит сам с собой. Было очевидно, что человеком овладела бездонная депрессия. Я хорошо мог себе представить, как он выглядел до случившейся трагедии: тихий, скромный, интеллигентный человек. Честный, порядочный, безотказный. В лице было что-то детское, а в поведении - чеховское.

На его месте было бы очень легко морально оправдаться в собственных глазах. И организм человеческий - пятно темное. И катетер Соне Куливец ставила медсестра, а он - только юридически отвечал за ее действия. И вообще - будьте нам благодарны, что за такие зарплаты мы еще лечим людей. Особенно легко это было сделать, когда тебя в суде защищает такой неуемный адвокат, как Владимир Чернобай, - он истца Виктора Куливец за глаза называл "деревенщиной". По настоянию адвоката Пелипенко в последнем слове продолжал называть себя невиновным, но любому, кто его в тот момент видел, было понятно: Владимир никогда себя не простит. Девочка без правой руки будет сниться ему до конца жизни.