Ушел из жизни писатель Анатолий Приставкин

В пятницу утром на 78-м году жизни скончался писатель Анатолий Приставкин, получивший мировую после публикации в 1987 году повести "Ночевала тучка золотая", которая была отмечена Государственной премией СССР. С начала 1990-х годов Анатолий Игнатьевич возглавлял Комиссию по помилованиям при президенте России, а с декабря 2001-го был советником главы государства по вопросам помилования, уточняет "Эхо Москвы". В пятницу рано утром, в 6:45, его не стало...

Но переведенной более чем на 30 языков и изданной общим тиражом в 4,5 млн. экземпляров повестью "Ночевала тучка золотая" "портфолио" автора не ограничилось - литературный багаж Приставкина насчитывает более 25 книг, некоторые из которых ("Солдат и мальчик", "Золотой палач") также пользовались огромным успехом как в России, так и за рубежом.

Анатолий Приставкин родился 17 октября 1931 года в подмосковных Люберцах. В 1952 году окончил Московский авиационный техникум, а после службы в армии поступил в Литературный институт им. Горького, который окончил в 1959 году. В 1958 году напечатал цикл рассказов "Военное детство" в журнале "Юность", занимался в семинаре поэта Льва Ошанина. Вскоре Приставкин едет на строительство Братской ГЭС и на долгие годы связывает свою судьбу и творчество с Сибирью. Работает в бригаде бетонщиков, одновременно являясь корреспондентом "Литературной газеты". В эти годы он пишет документальные повести "Мои современники", "Костры в тайге", "Страна Лэпия", роман "Голубка". Вернувшись в Москву, продолжает "сибирскую" тему, пишет очерки о строительстве БАМа.

Анатолий Приставкин: "Тяжелая судьба и нелегкая жизнь играет главную роль в судьбе писателя"

У Анатолия Приставкина в августе 2005 года вышла повесть "Вагончик мой дальний", во многом автобиографичная. Человек, который прошел все ступени жизни - с ее дна поднялся до политической и литературной элиты - готов сегодня говорить о том, какую цену мы платим за свое выживание, за земные блага, за жизненный драйв и экстрим. По своей писательской профессии и общественной деятельности Приставкин участвовал в судьбах многих людей. И сам он прошел через сиротское детство, подростковые банды, голод, а потом - медные трубы.

 В октябре 2005 года Анатолий Приставкин был в гостях у "Известий", где отвечал на вопросы посетителей нашего сайта.

вопрос: Здравствуйте, Анатолий Игнатьевич! Хочу Вас спросить: какое место, по Вашему мнению, занимают толстые литературные журналы в современном литературном и общественном процессе? Если они не нужны, то мы обречены жить на рыночной площади, читая исключительно глянцевые имиджевые и рекламные издания. Если они нужны, то почему нередко бедствуют, и никто на это не обращает внимания? Задаю свой вопрос в связи с вынужденным переездом редакции журнала "Нева" с Невского проспекта на окраину города, в неприспособленное для редакционной работы помещение. Ваш ученик, заведующий отделом прозы журнала "Нева", Владимир Шпаков

ответ: Я преисполнен уважения к этому журналу, который сохранил свой литературный уровень по сравнению от других журналов. Я был также огорчен, когда узнал о внезапном переезде журнала на новую, и гораздо худшую площадь. Кстати, такое же не так давно произошло и с еще одним журналом "Дружба народов". Если говорить целиком о судьбе журналов, критики говорят, что это специфично российское явление, они всегда в отличие от всяких глянцевых, рекламных и других рыночных изданий каким-то образом помогали понять уровень общественной жизни в Росси, и не только литературной России, но и всякой другой. Считаю, что вот те спонсоры, которые каким-то образом поддерживают эти журналы, они тоже работают на будущее России, особенно будущее культуры, которая ныне находится в очень скверном состоянии.

в: Анатолий Игнатьевич! Вы в этом году побывали в Калининграде и участвовали во встрече деятелей культуры стран Балтики. Ваше мнение о роли Калининграда в культурной и политической жизни Европы. Привет вам от калининградских писателей и писателей Литвы. Олег Глушкин

о: Мне приятно, что ко мне обратился один из ведущих писателей Калининграда, талантливый писатель, прозаик Олег Глушкин. С Калининградом меня связывает не только эта поездка, а более тесная связь. Я там бывал много раз, это один из красивейших городов. Единственное, что мне в нем не нравится, это название, т.к. Калинин к этому городу никакого отношения не имеет. Местонахождение Калининграда на краю России и на краю Германии, но между ними делает этот город особенно важным для экономических и культурных отношений между двумя нашими государствами. Полагаю, что когда в действие войдет закон, который сейчас еще не реализован до конца об особой экономической зоне Калининграда, город обретет еще большую свою значимость и, естественно, станет очень важным перевальным пунктом и еще более крепким звеном между Россией и Европой. Не надо говорить, что связывает вживую людей не только экономика, но и культура и литература.

в: Уполномоченный по правам человека в Калужской области Уважаемый Анатолий Игнатьевич!. За три года существования региональной комиссии по помилованию, членом которой я являюсь, из нескольких десятков положительных решений, принятых комиссией, администрацией Президента была поддержана всего одна. Причем, человек получил помилование уже выйдя на свободу по УДО. За последние полтора года не рассмотрено по существу вообще ни одного дела (!), поступившего в администрацию Президента из нашей области. Зачем тогда вообще нужен институт помилования, если к нему такое отношение руководства? Злые (или знающие) языки утверждают, что всему причиной позиция генералов из органов, осевших в администрации Президента РФ. Известна ли Вам позиция Президента РФ по этому вопросу. Прошу Вас лично довести до В.В.Путина информацию о состоянии дел в этой сфере. Стыдно за Россию! Юрий Зельников, Уполномоченный по правам человека в Калужской области

о: Уважаемый Юрий! Я также как и вы обеспокоен уменьшением количества помилований, которые происходят в последнее время. Считаю, что причиной сокращения помилования является не только так называемая кремлевская бюрократия, но и новые поправки к законам внесенный в новый УК, по которым большинство заключенных, особенно за малые сроки, стали выходить по УДО. Поскольку их условное освобождение почти не зависит от начальников учреждений, а только от начальников судов. Так, например, в наше время, когда я возглавлял комиссию, в год по УДО выходило 20-30 тысяч человек, сейчас выходят 200-250 тысяч человек в год. Комиссии я бы посоветовал использовать при отсутствии решений президента свои возможности и свои полномочия, которые им предоставлены президентом. То есть наблюдать за уровнем жизни заключенных, за соблюдением прав по отношению к ним, вести переговоры с родственниками, вести документы и т.д. Кроме того, что в Калужской комиссии по помилованию, с которой я, кстати знаком, много общественных и значимых в регионе людей существует возможность и права данные еще и губернатором влиять на жизнь заключенных, которые находятся в вашем регионе. Я бы посоветовал вам насколько можно максимально использовать это право.

в: Считаете ли Вы, что сейчас у нас нет государственной политики заботы о детях такой, какая была в Советском Союзе? Если "да", то кому это выгодно? Ирина

о: Дорогая Ирина! Я считаю, что вы задали один из главных вопросов, который беспокоит нас всех, и меня в частности. У нас, наверное, не секрет 2 млн. детей выкинутых на улицу, да я и сам прошел школу детдома. По данным МВД, из тех, кто выходит во взрослую жизнь из бывших детдомовцев, только 20% процентов остаются в нашей жизни, 80% идут в криминал. И это уже страшно. Что касается криминала, у меня есть данные МВД РФ 'Омоложение детской преступности'. Раньше порог возрастной, с которого сотрудники милиции ставили на учет составлял 9 лет, сегодня он снизился до 6 лет. В последнее время снизился возраст детей впервые попробовавших наркотики с 17 лет до 12,5. В последнее время за совершение административных правонарушений было задержано 109 тыс. детей, а за совершение преступлений - 9,5 тысяч детей. И в целом, как говорил один педагог из Петербурга, еще 10 лет назад: если сегодня мы не построим воспитательное учреждение для наших детей, то завтра надо будет строить такое же количество тюрем для тех же самых детей, когда они вырастут. Они выросли. Колонии переполнены, вы знаете, сегодня около 800 тысяч в них пребывает, а молодежи 15 тысяч. И можно только прогнозировать, что эта цифра будет возрастать далее.

в: Анатолий Игнатьевич, в свое время Вы возглавляли комиссию по помилованию, миловали убийц, воров, насильников. Выскажите свою позицию по поводу преследуемых олигархов, например, Ходорковского, Березовского, Гусинского... Вы бы их помиловали? Seva

о: В свое время, когда я возглавлял комиссию по помилованию, мы миловали больше воров, чем убийц, и больше чем насильников. К убийцам детей, а тем более насильникам у нас было другое отношение, лично у меня. Хотя они тоже имели право по Конституции на какое-то сокращение срока. Если отсидели большую часть времени, скажем вместо 15, 13 лет и за это время смогли пересмотреть свою жизнь. Так тоже бывало. Например, я писал об одном районном прокуроре, который убил двух женщин и был приговорен к смертной казни, которому решением нашей комиссии была заменена на пожизненное заключение. Он пребывает до сих пор на так называемом 'Огненном острове' в Вологде. На сегодняшний день он отбыл более 15 лет, написал книгу, в которой разоблачил более, чем мы бы могли это сделать, вывернул себя наизнанку. И в какой-то мере стал почти священником в тюрьме, помогая и утешая тем, кто слабее его, но желал бы тоже пересмотреть свою прошлую жизнь. По поводу Ходорковского и всех прочих, я должен сказать, что сперва вот эти двое последних должны быть осуждены, прежде чем миловать. А г-н Ходорковский по отбытии половины и трех четвертей срока имеет право по Конституции на помилование, и это будет решать комиссия того региона, где он будет находиться.

в: Мой прадед Александр Никифоров родом из Юзовки (Донецка), как и Вы был беспризорником, голодал, пошёл работать в 13 лет, окончил рабфак и Донецкий индустриальный институт, встретил военным инженером 2-го ранга нападение нацистов на границе недалеко от Бреста, после демобилизации работал всю жизнь (до 85 лет) преподавателем техникума и различных курсов в небольшом, но древнем русском городе Ельце. Мой дед Николай, неоднократно раненный в боях ВОВ пехотный офицер, перенёс, "жлобинскую мясорубку", был тяжело ранен во время разведки боем, перевязался, снова повёл бойцов в атаку через минное поле, подорвался, выжил, стал врачом и заслуженным артистом РФ, но до смерти носил в ногах сотни осколков крупповской стали. Вопросы: 1) Наши деды знали, для чего работали - для своей страны, не для своего кармана, они знали и за что воевали. А за что "воюем" сегодня все Мы??? Где национальная идея, за которую можно идти в бой не страшась самой жестокой смерти? Кто в ответе за отсутствие этой идеи? 2) Пить и курить сегодня не зазорно. Много наркоманов. Телепередачи и газетные полосы пестрят репортажами о хищениях и взятках должностных лиц, другой незаконной деятельности сотрудников различных органов. А значит можно и остальным? Вот и ответ на тему о "вечности" преступлений. 3) Вы могли бы помочь организации правительственной программы поддержки становлению талантливой ШКОЛЬНОЙ (не вузовской - это уже поздно!!!) молодёжи в учёбе, спорте, и т.п.? Если для самореализации молодёжи не надо будет уезжать заграницу, возможно многие пойдут по пути честного человека сразу, а другие вернутся на него, как в своё время мой прадед и Вы? Финоченко Владислав, 15 лет, С-Петербург

о: Дорогой Владислав! Мне было очень приятно читать, что вы так уважительно и так внимательно прослеживаете родословную своих прадеда и деда. Люди непомнящие родства обычно очень плохо помнят и сами себя и плохо реализуются в нашей жизни. Я считаю, что наши деды сохранили Россию, кстати, это делали и мой дед и мой отец. И действительно могу подтвердить в конце жизни, на пенсии мой дед торговал вениками около бани и в наследство мне оставил 200 веников на чердаке. Но как вы понимаете, я не очень жаждал другого наследства. Я считал, что все можно сделать своими руками. Было бы желание. Нынче мы как бы вступили в другой период в жизни России, которым сейчас правят (если правят) экономические законы. Воровство было и раньше. Я видел цэковские дачи и при советской власти, когда мой дед торговал вениками. Есть крупные жулики и сейчас. Не они спасут Россию. Я полагаю, что все-таки наши общие усилия сделать страну лучше и есть та самая идея, которую мы так долго ищем. И никаких идей других я не понимаю. Что касается помощи талантливой молодежи, это особенно важный вопрос и я не скажу, что здесь ничего не делается. Более того, иногда помощь оказывает как раз не государство, а как раз меценаты, которые что-то достигли в этой жизни. Так я знаю одного миллионера, который собрал на пароходе подростков и месяц возил их по Черному морю не для развлечения, а для того, чтобы прочесть им лекции, как сделать бизнес. Им читали лекции по юридическим, экономическим вопросам. Или, например, Фонд Спивакова, в котором я имею честь участвовать, собирает талантливых музыкантов, певцов, скрипачей и специально для них организует занятия с самыми лучшими профессорами консерватории. Но, конечно, это не снимает ответственности с государства, которое бы могло подойти к этому вопросу именно по государственному. А посылать за границу молодых специалистов, я скажу вам, не так уж плохо. Там есть возможность иногда реализовать идеи, особенно технические идеи, которые трудно реализовать пока в нашей стране. Я убежден, что не все талантливые ученые, которые реализуются там, будут там и оставаться. Жизнь подсказывает, что многие из них возвращаются в Россию.

в: Сергей Сейчас большинство молодых людей все читают в Интернете. Согласны ли Вы, что в будущем "книги на бумаге" уступят место "книгам в Интернете". Кстати, как Вы сами с компьютером? Или по старинке работаете на печатной машинке?

о: Дорогой Сергей! Вы знаете, что многие классики не признавали технических усовершенствований литературного творчества и, например, Бунин как-то обмолвился, что у него появляются хорошие слова и совершенствуется стиль только тогда, когда он пишет пером. Именно ему принадлежит гениальная фраза: 'Ум на кончике пера'. Лично я первые годы тоже работал пером, но потом перешел на пишущую машинку, а на первый гонорар, полученный за издание книги за рубежом, купил компьютер. Знаю, что мой друг, живущий во Франции, до сих пор пишет только ручкой. И никаким образом не признает другую технику. Полагаю, что качество произведений от этого все-таки не зависит. Что касается возможности читать в Интернете я поддерживаю и поскольку вы не выписываете журнал 'Октябрь', прочитайте мою новую книгу в Интернете с названием 'Вагончик мой дальний'. Что касается отмирания книги, я в это не верю. Одно дело сидеть перед экраном и вглядываться в буквы за стеклом, другое дело лежа в самые сладкие минуты жизни перед сном полистать любимую книжку. Само прикосновение к бумаге, к иллюстрациям, к обложке дает возможность пережить нечто иное, чем компьютер.

в: Фарид, подполковник в отставке. Почему наша российская интеллигенция так любит, мягко говоря, прислоняться к власти? Почему не осталось столпов, стоящих в стороне от кормушек и трезво описывающих нашу жизнь? Где современные Толстые? Как посмотришь на нашу культурную элиту, невольно тянет назвать их "господа чего изволите". Кто будет будить народ, формировать общество достойных граждан России?

о: Уважаемый г-н Фарид! Во все времена, во всяком случае, на моей памяти, а я в Союзе писателей состою с 61 года, были так называемые интеллигенты, которые любили не только прислоняться к власти, но и обладали большой властью. И не секрет, что некоторые из секретарей Союза писателей подписывали также смертные приговоры, которые реализовывали сталинские палачи. Одновременно существовали писатели, которые никаким образом не прислонялись к власти и даже противостояли ей, отстаивая свое самостоятельное право в творчестве иметь свою позицию, свое отношение к жизни. Я имею в виду Ахматову, Зощенко, Мандельштама, Андрея Платонова и других известных вам писателей. Полагаю, что такое положение возможно и сейчас, хотя никаких секретарей Союза имеющих большие деньги я сейчас не мог бы назвать. Культурной элитой, к сожалению, сегодня больше являются шоу-мены, певцы, люди делающие бизнес в искусстве или писатели выпускающие коммерческие книги типа Марининой. Естественно, никакие Толстые из них получиться не могут. Но я бы не отказал себе в удовольствии назвать имя таких крупных писателей, как Солженицын, умерший недавно Василь Быков, и некоторые другие, которые являлись и являются совестью России, которыми мы с вами будем всегда гордиться как достойными гражданами России.

в: Недавно Вы написали повесть, которую опубликовали в литературном журнале. Планируете передышку или уже начали работать над чем-то новым? Viktor

о: Дорогой Виктор! Спасибо. Редкий случай, когда меня спрашивают о литературном творчестве впрямую. Больше, почему-то, разговоры происходят или о смертной казни или о преступлениях в стране. Хотя и эти темы тоже нашли какое-то отражение в моих книгах. Вы, наверное, спрашиваете о повести, которую я месяц назад опубликовал 'Вагончик мой дальний'. Друзья, которые уже сегодня прочитали эту книгу, считают ее как бы продолжением той уже ставшей известной книгой 'Ночевала тучка золотая'. И по стилю, и по характеру драматических событий, которые в ней отражены. Передышек не понимаю. Времени для работы осталось мало, а планов еще очень много. Да и по характеру я человек не умеющий по-настоящему отдыхать. Этим летом, купаясь в Черном море, на четвертый день я затосковал по своей работе и там же лежа на пляже накатал занятную сказку про одну летающую бабушку. Сейчас где-то уже в набросках следующая работа посвященная опять же подросткам, моим ровесникам, которые осуждают на смертную казнь своего товарища. Но, надеюсь, мне удастся этот труд завершить в ближайшее время. Несмотря на то, что время описывается военное, проблемы, особенно проблемы жестокости среди детей, остаются всегда жизненными.

в: Анатолий Игнатьевич, как вы относитесь к тому, что мы - современная молодежь становимся всё большими прагматиками? Является ли это защитной реакцией, способом выжить, или прагматизм окончательно убивает в нас человеческие чувства? Маша П.

о: Дорогая Маша! По всей вероятности ты права, что прагматизм это и защитная реакция и дань времени, поскольку романтики плохо уживаются в нынешних условиях и не могут соответствовать тем задачам, которые сегодня решает молодежь. Но, что касается человеческих чувств, остаются вечные чувства такие как любовь, семья, друзья, и прагматизм у них не столь уж велик, во всяком случае в тех, кто сохранил что-то живое. А я считаю, что нынешняя молодежь столь же чувственна и чувствительна ко всему, что нас волнует, как и в наши времена. Доказательством этого являются те студенты литературного института, с которыми я соприкасаюсь в творчестве. В своих произведениях они отражают живые человеческие чувства, ставят проблемы человеческие и очевидно, что они пишут о том, что их волнует. Но какой это прагматизм?

в: Ваше отношение к Ельцину и Путину? Олег Дамаскин

о: Дорогой Олег! Я всегда переживал по поводу того, что мы - народ, массы, население любим не просто исторически разобрать значение какой-то личности в историческом процессе, а найти какие-то пороки и оплевать их. Я считаю, что для России Борис Николаевич Ельцин сделал очень много хорошего. А практически, вспомните его в кинохрониках 90-х годов молодым, стоящим на броневике и просмотрите как перемололи его за 10 лет наши российские проблемы, которые ему пришлось решать. Находясь неподалеку, могу сказать, что он работал в сутки 17 часов и это в течение десятка лет. Борис Николаевич, кстати, всегда поддерживал работу нашей комиссии по помилованию, а однажды, когда из Матросской Тишины к нам обратились с просьбой помиловать умирающего человека, чтобы он мог умереть на свободе (такой закон, кстати, есть во Франции) Борис Николаевич в один день подписал указ и даже приписал коротко, что в случае таких экстренных вопросов просит к нему срочно обращаться. О Путине я скажу, наверное, в другое время, когда я не буду его советником в работе.

в: Анатолий Игнатьевич, в одном из интервью я читала, что Вы - гурман, любите сами готовить. Какую кухню Вы предпочитаете, Ваше фирменное блюдо? Алена

о: Милая Алена! Так приятно уйти от политических тем. Я считаю, что все мы в какой-то мере гурманы и у каждого из нас есть что-то такое, что мы больше всего предпочитаем, обожаем, чем другое. Я, например, очень люблю молоко. И однажды на спор выпил маленькое ведерко молока. Но, правда, это было в Карелии, где молоко было от удивительной, уникальной коровы, которую за хорошее качество молока прозвали 'Денежкой'. Люблю готовить борщ сам, и на мое решение жениться на одной из прекрасных женщин повлияло то, что она готовила борщ почти не хуже меня.

в: Анатолий Игнатьевич, мой вопрос: доктор экономических наук на страницах Известий недавно писала, что Западу надо проявлять "уважение к мнению абсолютного большинства россиян, которые выступают против отмены смертной казни". Она же заявляет в своём письме "один человек может быть дураком - весь народ глупым не бывает". Похожие слова говорит президент Узбекистана Каримов. Может народ ошибаться? Во всём мире народы имеют похожее мнение о смертной казни? Сергей Никитин

о: Уважаемый Сергей! На Западе, насколько мне известно, к закону запрещающую смертную казнь пришли не способом референдума, т.е. способом опроса большинства населения, а парламентским решением и только по истечении времени уже население, люди, общество стали привыкать к тому, что можно спокойно жить и без но, наше население в большинстве своем процентов 70-75 выступает за смертную казнь. Я бы полагал, что мы тоже не должны решать этот вопрос методом опроса или всенародного голосования, да и вы сами видите, что проживая в стране 8 лет без смертных казней, ничего страшного не произошло. Смертная казнь обычно ожесточает нравы людей, страдают и палач, и семья казненных, но это никогда не приносило облегчение жертвам этих казненных. При том, что ошибок при совершении смертных казней происходило в России, зная несовершенство наших судов, очень много. Ученые утверждают, что их было 10-15%, а ведь каждая жизнь бесценна! И какой-нибудь мальчик, как у нас произошло, обвиненный в изнасиловании и осужденный на смертную казнь, а потом 5 лет ожидавший ее, оказался невиновен. И спас его лишь мораторий введенный на смертную казнь в 96 году. Но таким мальчиком может быть и я, и ты, и кто-то другой.

в: А что Вы сами читаете? У Вас есть любимые авторы? Сергей

о: Дорогой Сергей! Я бы не хотел перечислять своих любимых авторов, да они каждый раз меняются в зависимости от настроения, и даже моего возраста. Когда-то я больше всего любил сказки, и до сих пор люблю, но в какое-то время я пришел к Чехову, Бунину, потом Толстому, потом Достоевскому, а сейчас, я не говорю о современных писателях, которых я иногда читаю по обязанности, а иногда потому, что дарят книжки. Но сейчас у меня больше на полке мемуарной литературы, воспоминания жены Некрасова Панаевой, которая довольно живо отразила свое время. Или Кузнецовой 'Грасский дневник', где талантливо описана жизнь Бунина в эмиграции.

в: Вам повезло, что Вы приобрели известность в советское время. Сейчас пробиться без денег трудно даже суперталанту. Вы сами присматриваетесь к молодым начинающим писателям, поэтам, помогаете, советуете им? Диана

о: Дорогая Диана! Вы совершенно правы. Если автор не подпадает под графу ультракоммерческого автора, не пишет детективов, или чтива для скучающих дам, а пишет о серьезных проблемах, он имеет мало шансов пробиться в литературу. Как сказал один крупный издатель, который решил, как он сказал, раскрутить одного молодого автора, кстати, это бывший мой студент, надо потратить 15-20 тыс. долл. Что касается молодых и начинающих писателей, с которыми я связан по Литературному институту, в котором 20 лет веду творческий семинар, я, конечно, не только их читаю, помогаю найти себя, найти свой стиль, отточить мастерство, но помогаю и найти своих издателей. Так, например, одна талантливая девочка 2 года назад пришедшая ко мне, была принята со своей прозой журналом "Октябрь" и будет напечатана в номере, где публикуется молодежь. Другой девочке я помог поехать поработать впервые за рубеж в Швецию, на остров Готланд, и это тоже как-то помогло ей и хорошо поработать, и что-то новое увидеть, да и вообще чуть-чуть почувствовать себя выше, чем иногда нас делает наша бытовая текучка. Что касается известности в советское время, то мое везение, если оно везение, заключалось в том, что одна моя повесть лежала неприкаянной в издательстве 10 лет, другая 8 лет, третья тоже не меньше, и даже, насколько я понимаю, вы имеете в виду 'Ночевала тучка золотая' от момента написания до публикации прошло 7 лет. Она была опубликована в 1987 году, когда пришел Горбачев. В советское время ее нельзя было опубликовать. Все о везенье нашем.

в: Анатолий Игнатьевич, а что нужно, чтобы стать писателем? Тяжелую судьбу и нелегкую жизнь или все-таки талант? Я вот писать красиво могу, но не думаю, что когда-нибудь стану писателем. Григорий Минин

о: Уважаемый Григорий! Если говорить честно, то я не знаю откуда и каким образом получаются писатели. Когда-то мой руководитель семинара Лев Ошанин на вопрос одного студента: нужно ли мне писать? Ответил просто: "Если можете не писать, то, конечно, не пишите". Я не считаю, что тяжелая судьба и нелегкая жизнь каким-то образом играет главную роль в судьбе писателя. Такая судьба ведь может угробить или лишить возможности в силу бытовых или других условий и, например, никогда не переживавшие, как мне кажется, внешних тяжелых потрясений поэтесса Бэлла Ахмадулина, тем не менее является одной из самых великих поэтесс. Все дело во внутренней, интеллектуальной жизни, в той варке, которая происходит в человеке в силу тех или других условий, которые сдобрены талантом и делают обыкновенного человека пишущим человеком. А уж что выйдет из него потом, как говорят хирурги, покажет только вскрытие.

в: Добрый день, после бесланской трагедии мошенники типа Грабового терзают несчастных матерей, обещая вернуть им погибших детей за деньги. Разве можно на это просто так смотреть. Что Вы думаете по этому поводу? Юля

о: Дорогая Юля! Бесланская трагедия, я считаю, потрясла нас всех, не только Россию, но и весь мир. Но, как говорят, на любой трагедии всегда находятся мошенники, нечистоплотные люди желающие погреть руки. Неужели вам не приходилось видеть, как в больнице наживаются на болезнях несчастных больных, как на кладбище наживаются на несчастье родственников, как наживаются на несчастье самых обездоленных стариков, отбирая у них квартиры или детишек. Даже, когда они уже почти ничего не могут иметь. Я имею в виду продажу человеческих органов, которые иногда проскальзывают в печати. Но Беслан, конечно, это целый этап в нашей жизни, когда мы могли бы немножечко опомниться от беспечности и равнодушия и стать чуть-чуть лучше, чуть-чуть добрее. К чему я всех моих читателей призываю.

в: Анатолий Игнатьевич, почему в нашей стране так много денег, богатства и столько же много несчастных обездоленных людей, детских домов и беспризорных детей, как после войны? Посоветуйте президенту, чтобы он намекнул олигархам не футбольные клубы покупать, а облагородить детские дома, чтобы там было всё на таком уровне, чтобы дети из элитных школ завидовали детдомовцам. А? Борис

о: Дорогой Борис! Я не считаю, что чего-то кому-то надо намекать. Надо вместе создавать обстановку, чтобы люди нажившие богатства бесчестным путем, хоть чуть-чуть, хоть малую толику отдавали обездоленным. Я недавно выступал в 'АиФ' с интервью и там я привел примеры и фамилии тех людей, которые покупают футбольные команды, и линкоры, и яхты, вместо того, чтобы хоть чуть-чуть помочь несчастным и обездоленным. Там же я привел пример одной из Арабских стран, где нефтяные богатства распределены таким образом, что деньги от продажи их откладываются вместе с будущим паспортом для будущих же жителей этой страны и каждый, получая в зрелом возрасте паспорт, получает деньги для того, чтобы устроить свою жизнь. Почему бы нам не пойти по этому пути?

в: Вы верующий человек? Думаете ли Вы о том, что нас рано или поздно рассудят там, наверху? Галина Петрусева

о: Дорогая Галина! Я действительно верующий человек, но это настолько личное и интимное дело, что рассуждать об этом не очень хотелось бы. Но, наверное, высшие судьи есть. Хотелось бы только, чтобы были и другие судьи, которые могли бы нам помочь в этой жизни.

в: После всех биографий убийц, маньяков, рецидивистов, с которыми Вы сталкиваетесь по долгу службы, после трагических историй, слёз, горя... Как Вы снимаете стресс? Как Вы облегчаете свою душу? Елена Горохова

о: Дорогая Лена! Читать все эти биографии было страшно и тяжко, и многие наши члены комиссии не выдерживали и уходили, прося прощения у оставшихся. Да и не считал я это своей службой. Когда Господь Бог вручает ключи от тюрьмы, можно лишь повторить слова 80-летнего Льва Разгона, члена нашей комиссии: Нет сил и времени это делать, но нельзя и отказаться. Можно предположить, что и Булат Окуджава и сам Лев Разгон в немалой степени сократили свою жизнь проворачивая через душу людские трагедии. Лично я находил отдушину в общении с ребенком своим, с семьей, и неслучайно моя жена не разрешала домой приносить уголовные дела. А еще я писал сказки. Они тоже помогают очищаться.

в: В свое время Вы защищали убийц и насильников от смертной казни. Сейчас Ваша позиция не изменилась? Стали ли бы Вы просить о помиловании за террористов, которые устроили Беслан? Лола

о: Дорогая Лола! Я никогда не защищал убийц и насильников. Я просто считал, что пожизненное заключение для многих из них пострашнее смертной казни. Опыт показал, что так оно и есть. Сейчас некоторые из них пишут письма с просьбой избавить их от мучений и казнить. Террористов я бы тоже не миловал, и если бы суд, как мы с вами можем предположить, по сегодняшним законам осудил бы их пожизненно, я бы считал, что это справедливо. Тем более, что террористы те самые, которые взрывают себя вместе с десятками жертв, они не боятся смертной казни, они считают это приближением к Аллаху и гордятся этим.

в: Вот Вы советуете нашему президенту, а, скажите, сами Вы никогда не нуждаетесь в советах, кто советует Вам, где Вы ищете ответы на трудные вопросы? Сергей, Москва

о: Уважаемый Сергей! Слово "советуете" не совсем подходит к тому, что я делаю. Я работаю в той же области помилования и через меня проходят дела многих заключенных, как и прежде в комиссии по помилованию. Я только могу рекомендовать или не рекомендовать своему президенту как лучше решить этот вопрос. Когда же жизнь ставит передо мной трудные проблемы, я подчас с трудом нахожу на них ответы и, пожалуй, единственный советчик в данном случае, я сам себе или моя жизнь с тем большим опытом, который ее определяет.

в: Меня беспокоит школьная программа. Скажите, что бы Вы убрали из школьной программы по литературе и что, наоборот, добавили бы? Вика

о: Дорогая Вика! Я мало знаком со школьной программой, но литературу ни в коем случае урезать или сокращать нельзя. Потому что иначе люди будут вырастать слишком рациональные и слишком прагматичные. Литература, такая например, как Чехов, или Бунин совершенствует, облагораживает душу, а детское восприятие в этом плане особенно чувствительно. Могу добавить, что именно хорошие преподаватели по русской литературе помогли мне понять литературу и стать писателем.

в: Ваша семья тоже состоит из людей творческих? У Вас будут продолжатели Вашего писательского дела, сложится творческая династия? Ольга Павленко, г.С-Петербург

о: Если говорить о моей личной семье, то как раз я бы не сказал, что она будет иметь какое-то творческое продолжение. Да и считаю, что дети сами должны находить себя в этой жизни. Говоря о семейных творческих традициях, например у артистов, Райкин или Бондарчук, там семейные традиции более очевидны. Я считаю, что это очень неплохо. Знал я очень талантливых детей и у литераторов, но не часто. Во всяком случае в своей семье я таких продолжений не предвижу.

в: Почему в большинстве своих произведений Вы пишете о войне, о трудном детстве? Много ведь современных тем и проблем, они Вас не интересуют? Виктор, студент

о: Дорогой Виктор! В жизни каждого человека есть время, которое самым существенным образом повлияло на его формирование, потрясло его душу. Для меня таким временем была война. Мне кажется, что я помню каждый день и каждый день вносил что-то новое, хотя и трагическое в мою военную жизнь. Но должен вас опровергнуть. У меня есть книги о Сибири, о красоте природы "Селигер-Селигерович", например, у меня есть книга, посвященная комиссии по помилованию. Она называется "Долина смертной тени".

в: Вы совмещаете творческую писательскую работу и работу чиновника. Налагает ли это на Вас определенные отпечатки, например, внутренняя цензура, табу на некоторые темы?.. Kirill

о: Если бы работа чиновника не имела бы почти такой же задачи, как задача писателя, т.е. вызывать у людей милосердие, помогать им, я бы действительно сознался, что чиновная работа выхолащивает и мешает литературе. Но в данном случае в чем-то она мешает, если иметь время на чтение уголовных дел, но в чем-то она помогает, потому что материал в России, где сидит почти 800 тысяч заключенных сам по себе не может не давать пищу для размышлений и для новых произведений, которые я напишу. Никакой внутренней цензуры я не испытываю, но об этом судить вам самому, если вы прочтете мои книги.

в: Приставкин - это Ваша настоящая фамилия или псевдоним? Откуда идут корни Приставкиных? Игорь, г. С-Петербург

о: Дорогой Игорь! Приставкин - это моя настоящая фамилия. Корень моих предков на Смоленщине, но когда я только начинал печататься я получал письма от других Приставкиных, совершенно не родственников, которые жили на Волге, в Грузии и в Молдавии.

в: Какого вопроса Вы сегодня ожидали, но он так и не прозвучал? Seva

о: Я считаю, что какие-то главные вопросы мне были заданы. И особенно я благодарен тем, кто спрашивал меня о литературе, о молодых писателях, а еще больше я благодарен тем, кто спросил меня о судьбе России. Я также как и вы очень обеспокоен теми проблемами, которые происходят сейчас в стране, и особенно проблемами детишек. А без них будущее России нам не построить.

Я хочу поблагодарить всех, кто пришел на эту заочную встречу со мной и был также заинтересован в решении тех вопросов, которые не могут нас не волновать. Возможно я не смог на все ответить так как нужно, ибо сам считаю себя из тех, которому главная мысль приходит на лестнице. И может быть, долго, ночью, я буду мысленно отвечать на ваши вопросы и беспокоиться о том, что я не все смог сказать так, как надо. Но я благодарю вас за эту встречу и надеюсь, что мы еще будем встречаться и на страницах журналов, и на страницах книг, и в Интернете. Удачи вам и счастья!